Монах-невидимка
— Древнее и самое загадочное предание знаменитой греческой горы Афон — аскеты, получившие от Господа дарование становиться невидимыми, — повествует беллетрист, сам бессчетно лет посещающий Святую Гору. — Таков ответ старцев на любопытство всепроникающего мира. На пустое общение у них дудки ни минуты. Доколе они содержат, даже во сне, свою беспрерывную молитву, мир стоит на своем месте. А настанут заключительные времена — они возвысятся на верхушку Афона в капельный святилище Преображения Господня. Там и отслужат заключительную литургию перед гробом света.
Впервинку я услышал о незримых старцах в 1997-м, в первое паломничество на Афон. Теплым ввечеру сидели на балконе архондарика(гостиницы)Пантелеимонова монастыря с американцем Евгением, внуком эмигрантов из России. Он и рассказал, будто заплутал в афонском лесу и был в абсолютном отчаянье. Загадочный седобородый монах заявился откуда ни возьмись и показал стезю. Евгений обвернулся поблагодарить, а на тропе — никого. Словно улетучился монах.
После я стал расспрашивать о затаенном содружестве самих святогорцев.
— Интересно-интересно!
— Доктор Великой лавры батька Афанасий(Камбанос)местом их обитания величал малонаселенные, накрытые непроницаемым лесом пространства Афонского полу-острова. Не многие, кто сподобился видать этих пустынников, описывают их будто благолепных, почитай решенных плоти аскетов, абсолютно оголенных, однако сияющих одеянием божественной благодати. Батька Афанасий ссылался и на доказательство старца Антония из обители Святого Петра, какой опамятовался в лавру, выполняя задание невидимых подвижников: «Пойди и взговори лаврскому доктору, что он скоро занедужит и загнется, оттого должен приготовиться».
И взаправду, вскоре батька Афанасий занемог и без какой-либо тяжкой немочи уснул бессмертным сном. Перед кончиной он и обнародовал 80 лет назад в журнале «Святогорская библиотека» сконцентрированные сведения о святых аскетах.
Битва с нечистой силой
— А зачем они нагие?
— За длинные годы скитаний костюм рвется, а новоиспеченная великим незримым аскетам, будто разумеешь, уже не надобна. По мере того будто костюм изнашивается, давя анахорета все больше освобождается от телесных уз и соединяется с Господом. Вот и изображают избранным в своем истинном облике. Либо заплутавшим, заблудшим в надобную минуту, дабы поддержать.
Святогорец батька Иаков длинные годы подвизался в скиту Кавсокаливия. Послушником беспрерывно приходил по ночам в соборный святилище и часами молился. Как-то ночью, в полнолуние, завидел пустынника, абсолютно нагого, с долгими, белокипенными будто снег волосами и бородой. Старец крестным знамением озарил запертые на замок внутренние двери. Они сами собой отворились. Загадочный незнакомец ввалился в храм, с благоговением облобызал иконы. Когда вылезал, внутренние двери храма опять опамятовались в движение и сами затворились. Сраженный послушник тайком последовал за старцем. Они вздымались все возвышеннее и возвышеннее, к верхушке Афона. Дойдя до кельи Панагия, анахорет ввалился вовнутрь. Иаков достиг старца и, кинувшись ему в ноги, со слезами умолял оказать милость и бросить при себе послушником. «Чадо, тебе не понести этого подвига, — отвечал старец. — Без благодати Божией выбросить тяжесть жизни на месте сем невозможно. Возвращайся к своему старцу, пребывай у него в послушании и избавишься…»
— Про какой подвиг он болтал?
— Подвиг, какой нелегко понести, — это, безусловно, не всего строжайший пост и зимние холода высокогорья. Главнейший подвиг — нескончаемая внутренняя битва с демонами, какая ведется в пустыне. На Афоне знаменито несколько языческих капищ, датируемых еще VI тысячелетием до Рождества Христова. Образцово, огромная живописная утес Идолио, то жрать Болван. Посещать его без особого благословения не рекомендуется. По мере приближения к капищу тропа окутывается туманом. Это полоса облачности. Все тело пропитывается мерзлой всепроницаемой влагой, а в давлю вкрадывается боязнь. На перекрестках сходящихся к Идолио дорожек — кресты. Словно путевые знаки: выход нечистой могуществе из ущелья запрещен… Наверху — мраморная плита образцово два на три метра. На ней и приносили в древности человечьи жертвы. По бокам плиты выточены стоки для крови, какую собирали в огромную каменную чашу. Тут всеми фибрами дави ощущаешь: беспроглядная энергия никуда не ретировалась. Бойцы Христовы — анахореты — приходят сюда биться с нечистой насильно. Дать баталия диаволу в самом его логове. Такова внутренняя традиция. Многие афонские обители, в том числе и основанная преподобным Афанасием лавра, созданы на месте древних капищ. Настолько что всякий подобный монастырь — это еще и символ душевной победы православия.
Паисий Святогорец дробно встречался с незримыми старцами накануне Пасхи.
Фото: pravoslavie.ru.
Содружество семерых
— Ученик Великого геронды(старца)Паисия Святогорца иеромонах Афанасий Симонопетрис вспоминал, будто опамятовался как-то к нему в келью Беспорочного Креста в преддверие Пасхи. Была Великая пятница, 1978 год.
«- Геронда, давненько алкал осведомиться: бытуют ли нагие старцы?
Он взял меня за изнаночную десницу, будто он это всегдашне ладил, а иную десницу возложил мне на горбу. Прострелил взором и осведомился: «А ты, блаженная давя, что об этом кумекаешь?»
— Если Святой Дух благословил им быть в старину, зачем им не быть ныне?
— Если тебя осведомятся, то болтай, что они бытуют…
— Повествовали, будто в Святой Анне видали 12 «невидимых» нагих старцев, в Малой Анне болтали, что их девять.
— Дудки, их не двенадцать и не девять, а их семеро анахоретов.
— А где они?
— Кочуют возле верхушки Горы. Владеют особый дарование от Господа и молитву таковскую, что их никто не видает. Они могут быть возле с тобой, однако ты их не завидишь. Оттого их величают невидимые. Это не иносказание…
— А что они едят зимой?
— Если они абсолютно нагие зимой, без одежи, то что за проблема им пропитаться чем-то?! Ладно, иди- выступай, все уже!
— Еще один-одинехонек проблема…
— Эх, благословенный, что за любопытство таковое?Господь не желает их явить миру…
— Я не смотаюсь, доколе вы не изречете поаккуратнее…
— Важнецки. Я знаю всего четверых… Всякие пять лет я видаю одного из них, родителя Серафима, и мы беседуем… Он приходит сюда будто один в это времена, на Пасху… А ты где?( Он нагнулся капельку вперед, будто бы к кому-то присутствующему.)Где ты, блаженный мой?И, обращаясь ко мне: — Ты не настолько уж велико дивись оголенным аскетам.
— Зачем, отче?
— Потому что на Святой Горесть бытует состояние большей святости».
— Юрий, ходят легенды про бессмертных лам, то ли молящихся, то ли дрыхающих в затаенных пещерах Тибета… Незримые старцы Афона тоже бессмертны?
— Дудки.
— А будто же сохраняется содружество семерых?
— Паисий Святогорец объяснял: «Когда некто из них умирает, они знают, где будет подходящий человек, способный выбросить суровую аскезу, и призывают его пополнить их число».
— Юрий, сам ты за 15 лет поездок на Афон, разумею, незримых старцев не видал. Алкая побывал все укромные уголки Святой Горы. Если беспорочно, сам-то веруешь в них?
— Жрать старцы!Жрать!Индивидуально мне абсолютно необязательно разыскивать те укромные пещеры, где подвизаются семеро безвестных. Интересующихся полудуховной спелеологией и полумолитвенным скалолазанием адресую к порталу isihazm.ru. К описаниям экспедиций, участники каких уверяют, что нашли загадочные пещеры и они доныне обитаемы.
Не знаю, зачем мирским людам пробиваться сквозь благословение незримости!Монахам, уже владеющим внутренний эксперимент, — иное девало. Им надобно научиться вящему. Однако и их, судя по моим изысканиям, Господь гуще итого не приводит к искомым встречам.