«Щекотку не боготворю!»
— Аркадий Михайлович, недавно вы были группой поддержки у Александра Ширвиндта на презентации его книжки. Он опамятуется вас поддержать на юбилее?
— А я не буду устраивать никаких именинных торжеств. Не боготворю я напрягать дружков и ведомых — «давайте, приходите-поздравляйте», и все начинают кумекать о гостинцах. В том, что я родился на этот свет, моей заслуги дудки. А если вдруг запамятуешь кого-то пригласить, а иной, навыворот, длительно оправдывается, зачем не смог?Ужас. А кончается это одним и тем же: все желают тебе беспробудного здоровья и длинных лет жизни. Для тех, кому я дорог и задушевен и кто алкает опамятоваться, моя дверь разинута. Я буду дома.
— Болтают, меняешь фамилию — меняешь судьбину. Арканов — это же псевдоним?
— Ага, причем родом из малолетства. Меня во дворе кликали Аркан. Настолько и закрепилось. Впоследствии, в 64-м году, в вид переехало(взаправдашняя фамилия беллетриста — Штейнбок. — Ред.). Оттого и старший сын Василий родился с подобный фамилией. И будто, она не испортила ему бытие — он занимается телевидением и преподает русский язык в Колумбийском университете.
— А меньший сын?
— Он был увезен из России своей мамой в годе двух с половиной лет и утилитарны француз. Ныне ему 35, жительствует в Париже, у него двое ребятенков и все важнецки. Мы поддерживаем с ним взаимоотношения, однако не таковские домашние, будто с Васей. Моей третьей бабы, ее тоже кликали Наташа(Высоцкая. — Ред.), уже два года будто дудки. Мне об этом бедственно болтать. Наташа была больно прекрасная, вкалывала музыкальным редактором в «Останкино».
— Жрать жизнеспособный стереотип, что сатирики — в жизни люд мрачные.
— Я не мрачный, я подобный от рождения, не могу же я ненастояще хихикать. Что-то забавное я век замечаю, а смех будто таковой — понятие физиологическое, люд и от щекотки заливаются. Я не боготворю щекотку. А имидж мрачного человека у тех, кто крохотнее катает и вяще выступает. Может, им будто, что если они будут таковскими же мрачными, будто Зощенко, то они будут таковскими же талантливыми?Я, впопад, не боготворю, когда меня величают сатириком. Важнее, когда беллетристом. А сатириков и юмористов у нас за всяким столом можно найти. Юмор — это же не ремесло, это призвание, призма, какая заложена в люде и преломляет все, что он видает и ощущает.
Заключительную бабу Наталью Высоцкую Аркадий Арканов боготворил вяще всех и до сих пор болеет ее конец.
Фото: RUSSIAN LOOK
«Все скользят по поверхности»
— Сейчас вы могли бы ввязаться в историю, будто с альманахом «МетрОполь» в гробе 70-х?
— Сейчас таковое явление, будто «МетрОполь», невозможно. Этот журнал создавался для того, дабы дать возможность 23 людам опубликовать созданья, какие не печатались по удобопонятным соображениям. Безвестно, чем бы это кончилось, однако, к счастью, близились Олимпийские игры, и партия хлопнула кулаком по столу: «Прекращаем травить!» А ныне дудки надобности что-то маскировать, напрягая интеллект. Оттого и катающие, и декламирующие стали воздушными в плане интеллекта.
— Настолько сатира негромко померла?
— Она бытует приватно. Если мы болтаем о взаправдашней, в истинном резоне этого слова. А для всякой дряни и пошлостей сейчас все разинуто. Беспрерывная воля понижать планку. А где капитальные проблемы — там денежная цензура стеной стоит. Вот и получается, что в литературе сатиры абсолютно дудки, а на сцене — это все не более чем анекдоты и пародии. Все скользит по поверхности.
— Даже бритвенно заостренный Михаил Жванецкий стал бережен. Может, это года?
— Не знаю, вряд ли. Случается временами, что человек ощущает себя уже таковским гуру. Я не владею в виду Михаила Михайловича. А посмотреть на себя со сторонки не всякому дано. И важнецки бы, дабы у человека была и самоирония.
— А вы в этом резоне за собой следите?
— Я к себе больно трезво гляжу. На все ахи в мою палестину я болтаю, что осмыслить, кто я, можно будет всего сквозь бессчетно лет — если у кого-то на полке останется хоть одна моя книжка, можно будет находить, что моя бытие миновала не талантом.
— А если по поверхности скользить вы не хотите, а вглубь не вручают — то на какие гроши жительствуете?
— Зовут — выступаю, платят — благодарю. Давай и еще я уже 10 лет председатель жюри Фестиваля юмора, оттого получаю зарплату. И все. У меня дудки ни загородной избушки, ни одной сотки земли. Езжу не на таксомотор, на коллективном транспорте. Машину я бы мог взять, однако у меня дудки к ней моды, а для понтов она мне не надобна.
— А что из собственных строчек первым приходит вам на интеллект?
— Напрямик сейчас?Эпиграмма на Чубайса: «Когда валяешься недужный в постели, ты не кручинься, ты оскаляйся, поскольку свет в гробе тоннеля вне компетенции Чубайса».
КСТАТИ
Хит «Баба по имени Хочу» написан Аркадием Аркановым для Аллы Пугачевой по мольбе Игоря Крутого. АБ не показалось слово «бабушка», и в итоге песню стала заливаться Ирина Аллегрова.
Виток «рояль в кустах» — совместное изобретение Арканова и Горина. Настолько же будто и песня «Апельсинное солнце».
ПРИГЛАШАЕМ:
На концерт ЮМОРИНА!
Гарантируем – вы получите достопамятное блаженство от этого океана юмора. Оберегайте уши, иначе оглохните от хохота!Однако больше итого вас насмешит стоимость на билеты!