Супругам Валентине и Валентину Чепурко слегка за семьдесят. Свои детвора давненько вымахали, жительствуют на Сахалине. Настолько что, когда племянникам потребовалась поддержка, пенсионеры длительно не кумекали. Усыновим — и девало с гробом.
— Родителя Танечки и Андрюши мы не знаем, он не принимал в их судьбине никакого участия, — начинает Валентина. Чувствуется, что эту историю она повествует не начальный один. — А их мама… Она двоюродная сестра моего благоверного. Это он нашел ее бездушной тогда, в 2008 году. Детвора в то времена ходили в круглосуточный садик. И их оттуда-то залпом перебросили в интернат.
Похоронив сестру, Валентин Григорьевич залпом же подал документы на опеку над ее ребятишками — у Тани и Андрюши разница в годе чуть вяще года. Однако не тут-то было. Сперва очутилось, что бумаги ложные, подписи не те. И столичная опека(детвора — москвичи)гоняла супругов в Пензу за новоиспеченными справками — живут-то Валентин с Валентиной в Сердобске — райцентре в 100 километрах от Пензы.
Тогда и выяснилось, что в России дудки монолитного стандарта оформления подобных документов и справки надобного в Москве манера в Пензе не выдадут. Кутерьма с документами тянулась, детвора жительствовали в сиротском доме…
— Мы видели, будто поведем Таню и Андрея за десницу в школу, во другой класс, — со вздохом вспоминает Валентина. — Мы бы жительствовали все вкупе, отремонтировали бы им квартиру потихоньку… А сейчас они уже большущие — почитай пять лет миновало!Прежде мы им названивали в интернат, и они настолько живо все повествовали, будто у них девала, будто учеба… Сейчас и поговорить пересудом не получается: затворились детвора.
Все эти годы у опеки беспрерывно были неодинаковые причины для отказа. Одна из них — «отсутствие эмоционального контакта» с ребятенками. Мол, вы с ними видитесь пару один в год!А видеться гуще никак не получается. Трястись сутки в поезде до Москвы — здоровье не то, ага и пенсия не позволяет.
— Валентин Григорьевич, а вы их к себе домой хотите забрать?Или все вкупе в Москве жительствовать?- уточняю я.
— Мы постановили сами переехать, — бесхитростно отвечает пенсионер. — У них же своя квартира в Москве. Зачем их увозить оттуда, где они все малолетство проложили?Иные, навыворот, туда ломятся. В той квартире оставались все их вещи, игрушки. Андрюша сперва все собственный мячик вспоминал…
На фото: Андрей и Таня в годе, когда они влетели в интернат. Жительствуют они в нем и по сей девай.
Фото: Начальный канал.
Дома, в Сердобске, у четы свое хозяйство. Жительствовали бы и не тужили, однако готовы на старости лет сняться с насиженного места. В Москве у ребятенков — трехкомнатная квартира. Там жительствует один-одинехонек из бессчетных мужиков их мамы, инвалид, и дом, какая за ним присматривает. Гроши за аренду поступают на счета Тани и Андрея. Подселение ребятенков и дедов не входит в планы тамошних квартирантов.
Перебдели
Виделось бы, вот он, затаенный умысел!Пенсионеры на квартиру позарились… Однако дудки — по закону эта собственность в любом случае дастся ребятенкам. И органы опеки усиленно бдят на этот счет. Столь, что старички не могут встать в этой квартире даже во времена жидких визитов в столицу.
— Мы предлагали: вручайте мы в той квартире поживем, возьмем деток к себе алкая бы на выходные… А нам — платите аренду, сорок тысяч. Откуда у нас таковские гроши?- глухо отвечает пенсионерка. — В завершающий один благоверный ездил в опеку, настолько там его таковскими словами приложили, господи мой… И квартира-то нам надобна, и пенсии большущие московские…
— Нам этого взаимоотношения не осмыслить, — прерывает причитания супруги Валентин. — Мы-то кумекали, будем растить ребятенков, а опека нам — помогать. А вон оно будто вышло: Тане уже почитай 14, Андрею — 13. Все эти годы мы обещаем, что заберем их… Я с ними в завершающий один в лавка ходил. У них настолько бельма разгорелись!А можно это, а можно то, и настолько робко-робко спрашивают. Я чуть не прослезился, болтаю: «Можно, безусловно!» Абсолютную тележку набрали. Я ведь тогда настолько и не взговорил им, что вновь не вышло…
По кругу
Сунувшись в глухую стену, пенсионеры постановили орудовать ветхим способом. Накупили конвертов и написали в газеты и на телевидение. Про их бедупоказали… телешоу, пропесочили в нем опеку района Кузьминки. Однако миновало вяще года, а изменений никаких.
В опеке района Кузьминки меня встретились мерзло. Если коротать климатические параллели, то где-то на уровне Гренландии.
— Ага, я знаю, о ком вы говорите, — ледяным тоном заявила Анна Нестерова, начальство отдела по опеке и попечительству. — Мы их девала передали красносельской опеке.
В дружком районе подход другой. Не субтропики, однако алкая бы человечье касательство.
— Они же сами не алкают взимать ребятенков под опеку!- ошарашивает Ираида Иванова, завсектором опеки и попечительства Красносельского района. — Вы их спрашивали, будто они собираются о ребятенках беспокоиться?Они алкают гостевой порядок, дабы жительствовать в Москве и взимать ребятенков к себе на выходные. Мы им предлагали ввести полноценную опеку. Даже комиссию сконцентрировали по этому предлогу, какая заключила: ребятенкам рекомендована опека. Если они постановят взимать их на абсолютное времена, нехай ездят, и мы тут же все оформим.
Валентин и Валентина Чепурко куда всего не стучались, дабы ребятенков передали в их фамилию.
Фото: Начальный канал.
Давай попросту цирк
Я позвонила в Сердобск порадовать пенсионеров. Те отнеслись к предложению настороженно.
— А зачем тогда они нам залпом позволение не выдали?- недоверчиво спрашивает Валентина Федоровна. — Мы же пять лет колотились за эту абсолютную опеку. А сейчас детвора уже столько лет в интернате… Нам бы осмыслить, жрать ли резон их оттуда забирать, будто им в обыкновенной школе-то будет?
А интернат Тане и Андрюше дался не абы какой, а цирковой. Там делают воздушной гимнастике, жонглированию и пантомиме.
…Формально, чиновники все эти годы попросту выполняли свои функции. Бумажки влево — значит, влево, вправо — возложим вправо. А то, что двое ребят вырастали в интернате, владея внимательную родню… С супругами Чепурко надобно было бы валандаться — помогать им с жильем(экс-муж матери Тани и Андрея вряд ли квартирку-то выпустит), надобно было бы разыскивать брату с сестрой новоиспеченное учебное заведение. Вообще хлопот абсолютен пасть. А настолько… Детвора же одеты, обуты, под государственным глазом. Ходить по тросу научились… Давай а то, что у ребят сейчас сложный подростковый стадия, когда необычно величаво, дабы возле был взрослый, кровный человек…
— Не знаю, настолько ли уж надобно забирать ребятенков из интерната, — задумчиво взговорила мне Ираида Иванова напоследок. — Девочка-то еще ладно. А вот мальчишка, болтают, подает капитальные надежды.
И вот будто осмыслить пенсионерам из Сердобска, что слово «надежда» они и чиновники разумеют по-разному?