Главнейший заинтересованность текущей венецианской Мостры гнездится для меня в работах животрепещущих молодых режиссеров, представленных в основном конкурсе(выбросим за скобки смехотворно-претенциозное творение Джонатана Глейзера «Под кожей», в каком Скарлетт Йоханссон выступает инопланетянку-девственницу, заманивающую вмиг эрегирующих при ее облике дядек в черную горницу, где они превращаются в свеянные шарики).
В картине «Под кожей» Скарлетт Йоханссон выступает инопланетянку-девственницу
Фото: кадр из фильма
Их более выслуженные коллеги в важнейшем случае подтвердили свою возвышенную репутацию(будто Стивен Фрирс в «Филомене», Эрролл Моррис в докуфильме «Безвестное известное» или Хаяо Миядзаки, чье остатнее перед уходом на пенсию вещица под званием «Ветр крепчает», выполненное в любопытном жанре анимационно-производственной мелодрамы, можно порекомендовать всего фанатам манги и интересующимся историей японского самолетостроения).
Либо продемонстрировали верность своим темам и/или формальным приемам, временами беззаветно доведя их до самопародии. Будто, примерно, безнадежно оставшийся в 1980-х годах Терри Гиллиам, освободивший очередную вариацию «Бразилии» — комическую антиутопию «Теорема Зеро», где в присутствии безумец ученый, всевидящий Менеджмент(вместо Большущего брата)и свежие размышления о вирте, какой в недалеком предбудущем — кто бы мог покумекать!- бесповоротно заменит реал. И амуры — видите!- будет тоже сквозь интернет — безобидная, без проникновения. Из важнецкого: две шутки, одна про Святилище Бэтмена Избавителя и иная, про движение Occupy Mall Street.
Очередная вариация «Бразилии» — комическая антиутопия «Теорема Зеро»
Фото: кадр из фильма
Насчет безобидной любви с Гиллиамом готов поспорить прошлогодний победитель Мостры корейский артист Ким Кидук — в своей представленной вне конкурса(чтоб, не дай Господь, вновь не выиграл!) немой(!)ленте «Мебиус» он довел до безотносительного предела собственный «театр жестокости». Даже боязно покумекать о чем он будет отдаленнее снимать.
Ким Кидук в ленте «Мебиус» довел до безотносительного предела собственный «театр жестокости»
Фото: кадр из фильма
По сюжету молодой парень становится жертвой безумств своей матери: захватив нож, та собиралась откромсать член мужу-изменщику, однако под раздачу отчего-то влетел негромко мастурбировавший у себя в горнице сын. Изводимый сожалением батька двигает в лазарет и выканючивает докторов откромсать ему пенис, дабы впоследствии, когда наука дорастет, пришить его сыну(ведь сыновний член съела безумная мама).
Это лишь самое взялось истории, побивающей рекорд не всего по числу отрезанных гениталий(кое-каким персонажам их умудряются откромсать двукратно), однако и по частоте заглядывания в трусы. В трусах же при таковских раскладах взирающего дожидается экзистенциальная вакуум. Вакуум же во всей буддийской традиции жрать главнейший резон итого сущего и единая путь к просветлению: Каков же начальный и главнейший принцип святого учения Будды? — осведомился император. Бодхидхарма взговорил: Вакуум, не святость.
В святости героев Кидука аккуратно не упрекнешь. При отсутствии гениталий они умудряются удовлетворять свои низкие инстинкты раздиранием стоп и пястей десниц или, что еще важнее, мерным шевелением ножа в ране. Усекновение членов в картине, какую всего балда может истолковать буквально, жрать метафора отрешения от безумств разрушающей человека похоти и страстей. Одолеть изнурительные безумства плоти можно всего ввалившись в пустоту. Ким Кидук нашел для этого радикальный способ. Чик, и готово. И даже медитаций особых не требуется.
Самый знаменитый израильский режиссер Амос Гитай, вознагражденный тут «за простоту» медалью Брессона, представил в конкурсе предмет под званием «Ана Арабия», освобожденную, по отпечаткам Александра Сокурова, одним долгим стэдикамным планом. Это и жрать основное и единое ее достижение — алкая технически творение Гитая бесподобно проще «Русского ковчега», вышедшего 10 лет назад.
Акт происходит в одном дворе на задворках Тель-Авива, где давненько и миролюбиво проживают арабы и евреи — нормальные, абсолютно неинтересные люд, чешущие языком во времена починки каких-то железяк или работы в лимонном саду. Мы созерцаем за ними буркалами молодой журналистки, наведавшейся к ним с мишенью поведать миру о таковом необычном феномене будто дружество между народами. Однако ее обаяние своими героями, к сожалению, никак не переходит зрителям, алкая миролюбивое сосуществование евреев и арабов само по себе, безусловно, можно всего приветствовать.
ПРИГЛАШАЕМ:
На постановка Астрономия любви!