Выступление ныне исполняющего обязанности ректора Акакдемиии имени Вагановой, а в недавнем былом — солиста Большущего театра Николая Цискаридзе на суде в качестве свидетеля, стало, пожалуй, самым открытым за все времена процесса. Не столько из-за новоиспеченных фактов, о каких Николай поведал суду, сколько из-за массы скандальных деталей, какие он не утаил.
Взялся Николай Максимович издале — рассказал, что знаком с Сергеем Филиным с малолетства, с того момента, будто зачислился в Московское хореографическое училище, когда ему было 13 лет. А с подсудимым Павлом Дмитриченко(напомним, его винят в организации нападения на Филина)познакомился внушительно запоздалее, когда Павел, будучи занимающимся хореографического училища, опамятовался к нему в класс и стало ясно, что он больно способный мальчишка.
— Вначале Павел отплясывал небольшие роли, а в заключительные пять лет мы с ним делили основные: я отплясывал позитивных персонажей, а он — негативный. Примерно, я — Принц, а он — Король Мышей(хореография «Щелкунчик»). Павел был самым перспективным из молодых артистов труппы.
Отдаленнее Николая Цискаридзе осведомились, был ли он свидетелем конфликтных сцен, связанных с Сергеем Филиным?Цискаридзе с блаженством взялся повествовать о неприглядных, с его точки зрения, сценах, какие устраивал Филин артистам, мешал их направлению на роли. Он вспомянул, что худрук протежировал свою пару в хореография Григоровича «Спартак», в то времена будто Григорович алкал поставить на роль Спартака собственно Павла Дмитриченко.
— Я свидетель, будто Филин вопил Павлу вдогон: «Я тебя накажу», — вспоминал Цискаридзе, – при этом Павел немотствовал, а Сергей Юрьевич на него орал. Со сторонки Филина неслась нецензурная брань, однако что для меня не было изумительно, поскольку Сергей Юрьевич ввек не стеснялся в речениях, боготворил передразнивать людей, отпускал грязные шуточки. Он по норову — провокатор.
По воззрению Николая Цискаридзе, в театре дробно беззаконно отстраняли Дмитриченко от ролей. А отдаленнее Николай максимович впомнил индивидуальные обиды, какие, по его словам, навил ему Сергей Филин:
— До того, будто Сергея Филина назначили на место художественного шефа, мы были с ним в дружелюбных взаимоотношениях, сидели в одной раздевалке, обсуждали наши спектакли. Мы с Филиным и Андреем Уваровым тянули тяни репертуар. А, когда его назначили на место худрука, он больно изменился. Я знаю, что он стал собирать подписи против меня, однако в итоге поддержки среди артистов не нашел. Даже с первых допросов по этому делу было удобопонятно, что господин Филин в первую очередность думает меня. Необычно мне было обидно, когда он притеснял моих учеников. Анжелине Воронцовой он болтал, что она крупная, что не в фигуре. Я объяснял ему, что ей 19 лет, у нее переходный года. Я знаю, он рекомендовал моим ученикам переменить педагога, тогда они получат партию. Сергей был одним из блистательных танцовщиков, пожалуй, важнейшим Ромео, какого я видал, однако, когда он стал худруком, у него была задумка освободиться от старшего поколения артистов. Настолько он освободился от Андрея Уварова, а я ему напрямик взговорил, что я заявление по собственному вожделению не напишу. В итоге, мои взаимоотношения с Филиным забежали в тупик. Когда он получил воля над нами, он попросил обращаться к нему на «вы» и по имени-отчеству. И когда я выведал, что Анжелина Воронцова стала встречаться с Павлом Дмитриченко, я покумекал – несчастная Анжелина, ныне два ворога Филина поладили на ней одной.
Цискаридзе ладил и отдаленнее таковские же яркие, запоминающиеся заявления в адрес своего бывшего худрука, в то времена будто портрет Дмитриченко мазал недюжинно в позитивных красках. Болтал, что тот не враждебен, что когда Павла взяли, многие из артистов подмахнули послание в его защиту и не веровали, что он это мог сделать.
Защитник Сергея Филина заинтересовалась, бытуют ли неприязненные касательство у самого Цискаридзе к Сергею Филину?
— Дудки, он мне безразличен. Когда я завидел по телевизору репортаж о нападении на него, я пережил шок. Вначале было его больно жалко, однако впоследствии я осмыслил, что все это не настолько, будто нам преподносят.
На уточняющий проблема защитника Николай Цискаридзе откликнулся:
— Мне знаменито, что у него что-то с буркалами.
На этом шокирующем заявлении дпорос Николая Цискаридзе был брошен.