Белокипенный автобус с номерами 05 региона уже подъезжал по кольцевой к трассе «Дон», когда был застопорен на посту ДПС. Водитель, все документы какого были в распорядке, не выкладывал никаких знаков беспокойства и даже пробовал подсмеиваться — настолько же, будто и пассажиры, 40 уроженцев солнечного Дагестана, какие, закончив свои девала в Москве, возвращались в республику. Они оскалялись.
Сорок первый
Шутки закончились, когда из-под сиденья полицейские извлекли сорок первого пассажира — неряшливо одетого дядьку. Он был почитай в невменяемом состоянии. Это был Олег Мельников, активист коллективной организации «Альтернатива», вкалывающей по линии освобождения русских рабов, какие влетели в плен на Кавказ. Олег неделю бомжевал на Казанском вокзале, ожидая, когда его загонят в рабство. И его загнали.
На фото процесс вербовки активиста, на каком беглый невольник опознал вербовщика
Об этой схеме активисты «Альтернативы» осведомили давненько. И даже приметы вербовщиков, какие сообщали им люд, ранее выпущенные из рабства в Дагестане. Все это было знаменито и полиции, однако увы — настолько и не было отработано оперативниками. А поскольку родичи рабов разобщены, разрознены и не могут сконцентрироваться вкупе, выговорим, пойти и разгромить торговый середина, будто сделали обитатели Бирюлёво, то и шансы, что полицейская машина возьмется радикально решать проблема с дагестанскими работорговцами, были крохотны. У полиции, увы, и иных опек хватает. Однако что же ладить тем, чьи родичи в плену, во враждебном окружении?Ведь все пленные до одного утверждают, что содержат их в рабстве вовсе не раздельные злодеи, а караулят по существу круглыми селами, всем миром, будто скот, в случае чего отлавливая беглецов силами коренных обитателей, при самой деятельной помощи местной полиции.
Контрольная закупка
Решение было не безусловным, и глава Олег Мельников длительно выступал к нему. Однако, в гробе гробов, видая бессилие полиции, видая все новоиспеченные и новоиспеченные случаи, когда людей безнаказанно уводили в рабство(и не всех впоследствии можно было найти), видая горесть родичей, каким никто не оказывал помощи, Олег постановил миновать этот колея сам, дабы вербовщики вышли на него и увезли в плен. Будто доктор, какой раскалывает себе новоиспеченное безвестное снадобье с мишенью осмыслить, будто впоследствии помогать людам.
Дабы уже аккуратно влететь в «группу риска», Мельникову пришлось близ недели жительствовать на Казанском вокзале, перезнакомиться со всеми здешними бомжами, жульём и стражами распорядка, какие, впрочем, не обращали на новоиспеченного приезжего бомжа особого внимания. И спустя неделю рыбка клюнула – в пятницу, 18 октября, вербовщик по имени Муса пристал к нему и предложил немного подработать. Муса уверял, что он настолько помогает всем бедствующим уже два года и ладит это бескорыстно и ничего с этого не владеет. И имя, и приметы, и беспроглядная заниженная Лада с тонированными стёклами(и бессмертным кавказским бум-бумом изнутри)аккуратно отвечали тому, что повествовали выпущенные ранее рабы.
Олег Мельников.
Фото: Анатолий ЖДАНОВ
После того будто вы изречете «да» этому вербовщику или алкая бы не изречете «нет», вас ждёт долголетнее рабство и, вероятно, конец. После коей вас сожгут в печи для обжига кирпича. А без тела, будто подсмеиваются у нас в полиции, дудки девала. Будет всего бессмертный «розыск» — это когда никто никого не разыскивает, а имя пропавшего лишь годами глупо болтается в полицейских базах настоящих. Олег Мельников вкупе с вербовщиком доехали до станции метрополитен Теплый стан, где Муса передал его уже иному вербовщику по имени Рамзан. Они на кое-какое времена отошли от меня, о чем-то болтали, и я завидел впоследствии, будто Рамазан передал Мусе гроши, какую собственно сумму, не знаю, — повествует Мельников. Взговорить нет невозможно, если за вас уже оплатили…
Запоздалее, уже перед самой посадкой в автобус в поселке Мамыри, на территории новоиспеченной Москвы, где всякий девай паркуются автобусы ноль пятого региона, Олегу взговорили, что придется ехать 30 часов до Дагестана, и он испробовал отказаться — ага не алкаю, де. «Разумеешь, — проникновенно вбили ему работорговцы, — тебе не ехать уже невозможно. За тебя уже оплатили. Тебе ПРИДЕТСЯ ехать». И предложили обсудить этот проблема, заодно капельку дербалызнуть — благо, напрямик близ остановки автобуса стоит киоск. Милая приветливая баба, хозяйка киоска, тут же подсуетилась, осмыслив свою задачу без избыточных слов, и из-под прилавка взялись пластиковые стаканчики. И алкая Олег лишь пригубил налитый хозяйкой киоска какой-то спиртосодержащий напиток, пахнущий валерьянкой, малозаметно вылив другое под стенку киоска — этого хватило. Исподволь он взялся разуметь, что теряет разум, а его пакуют под сиденье в автобусе. Заключительных сил восхваляло, дабы уже в пути выслать смс коллегам, какие в засаде с нетерпением дожидались новинок от Олега — возбуждайте полицию, скорую, я теряю разум. После этого Олег уже капля что помнит.
Автобус, на каком увезли Олега Мельникова
Фото: активисты Альтернативы
Олег Мельников прокомментировал ситуацию: Первая и самая основная вина по коей я не поехал до самого Дагестана банальна, у нас попросту не хватало денег на мое вызволение в случаи чего. Во-вторых, все-таки присутствовал некий боязнь не вернуться назад, алкая было вожделение довести начатое до гроба.Успокаивало также то что, все те люд, каких мы выпустили, и какие вкусили на себе тяни ужас рабства, болтали, что от того пойла, какое им наливали еще никто не умирал. Все-таки основную задачу мы выполнили, торговщики испарились с вокзалов и сейчас всех, кто садится в автобус до Дагестана, вносят в списки по видам. Безусловно, мы не застопорили поток, однако алкая бы перекрыли его на времена, доколе будет выступать следственная проверка. Впоследствии мы уже будем додумывать, что ладить отдаленнее, однако уже сейчас я могу взговорить, что у нас взялась идея, будто самим воздействовать на этих людей. Примерно, в буркалах той бабы, из киоска, какая наливала мне отраву, я все-таки завидел долю сожаления. И сейчас уже знаменито, кто она, ее фамилия и чем она занимается. Мы алкаем, завести в курс девала тяни мир ее ведомых и коллег. Наверняка у нее жрать детвора, какие занимаются в школе, одноклассникам каких, тоже вытекает рассказать, какое горесть приносит мама их дружков иным мамам. Они попросту не знают о том что происходит. Жрать несколько таковских показательных образцов, однако гуще итого я вспоминаю одну историю. К нам адресовалась баба, у коей пропал сын. Мы не смогли ему поддержать, потому что сквозь несколько дней полиция доложила, что он загнулся, однако группа крови не сходилась, и эта баба, до сих пор с 2010 года не теряет надежды вернуть своего сына из рабства, и кладет всякий месяц ему на телефон, с какого он завершающий один названивал, 100 рублей. Стоит возникнет пенсии, настолько она залпом выступает к экстрасенсу, какой болтает, что он жив. Если экстрасенс, болтает возвратное, то она вяще к нему не ходит и разыскивает иного. К сожалению, мы не можем многим поддержать, однако мы можем уберечь кого-то, в основном в рабство попадают люд из провинции, и мы ладим все дабы их найти. Сейчас без вести пропавших людей насчитывается от 80 до 120 тысяч человек, по нашим подсчетам, 5-7 процентов будет на дагестанских каменных заводах. Это больно большущие цифры, по сравнению с тем скольких нам удалось избавить за год — 120 человек. Мы ладим то что в наших силах, однако велико ограничены финансово.
Олег Мельников ныне в безопасности и валяется в институте Склифосовского. Разборы показали, что он был отравлен барбитуратами. На момент госпитализации его состояние оценивалось будто «средней тяжести», однако полежать ещё придется. Настолько будто, по словам докторов, отравление — это опасная штука, и вероятны рецидивы и ухудшения. Ему удалось избежать абсолютной дозы — иначе он был бы в отключке 30 часов, до самого Дагестана. Будто все те, иные, те, кто отъехал «немного подработать на жизнь» в теплых концах.
Базар рабов в Мамырях
Доколе Олег валялся в больнице, его соратники выпустили ещё одного раба в Дагестане, какого увезли по той же схеме, сквозь базар русских рабов в Мамырях с месяц назад. Поток «белого товара», судя по всему, на этой перевалочной базе не пересыхает – ведь экономика Дагестана вырастает, и новоиспеченные заводы спрашивают новоиспеченных рабов. Вербовал освобождённого тот же Рамзан, какой у себя на отчизне вполне глубокоуважаемый человек, ездит на Мерседесе, а не маскируется, будто в Москве, под маломочного родича на Ладе. И, по всей видимости, великолепно знаменит местной полиции. Настолько же, будто и иные рабовладельцы и работорговцы, участники этого живого трафика. Все они на воле — и, похоже, никто не собирается их там задерживать. Однако с иной сторонки, что же вы хотите от далёкой дагестанской полиции, когда и в самой Москве-столице кавказским работорговцам у нас разинуты все стези, все пути?