Надобна знаменитая безбоязненность, дабы замахнуться на один-одинехонек из самых признанных в мире кинематографических брендов — будет беспардонно переделать, перелопатить, переписать под себя вряд ли не самый хрестоматийный киношедевр ХХ века — «Рокко и его братья».
Драматург Михаил Дурненков лихо передвинул акт кинофильма Висконти, разворачивающееся в гробе 1950-х годов в будет миролюбивом по нашим нынешним меркам Милане, в сегодняшнюю(или вчерашнюю?) разнузданную Москву. Однако избегая сенсационной дешевизны, кинорежиссер Мизгирев вкалывает с висконтиевским материалом будто с классикой утилитарны шекспировского накала, шекспировской степени обобщения. И вписывая бессмертный сюжет(кровные узы, амурный треугольник, молотилка большущего города)в важнецки ведомые ему обстоятельства повседневной московской живодерни, творит оммаж классику, нисколько не жертвуя собственным созидательным эго.
Фрагмент спектакля
Фото: Гоголь-центр
В одном из братьев, наименованном Тюхой(зверски талантливый, шаманствующий молодой артист Никита Кукушкин), воздушно опознаются черты основных героев мизгиревских киноработ. Оглашенный и безбашенный, выступающий за гроши на боях без правил Тюха решен ощущения валяйся. Этим же незаменимым в столице качеством выдавался и капитан из «Конвоя», и героиня Натальи Негоды в картине «Бубен, барабан».
Обращение к классическим сюжетам, впрочем, чревато появлением персонажей, отсутствующих во вселенных нынешних режиссеров(по причине их блистательного отсутствия в реальной жизни). Примерно, носителей ангельского азбука, людей, позитивно великолепных во всех взаимоотношениях. В качестве такового у почитавшего Достоевского классика итальянского кино, собственно, и выступал Рокко в облике юного Алена Делона. Дурненков-Мизгирев придумали этому вполне бестелесному персонажу отвечающее имя — Обмылок(в больно искренней, пластически безупречной работе Риналя Мухаметова и вправду сквозит безыскусность и беззащитность раннего Делона). И алкая сам себя ангелом Обмылок безапеляционно не почитает(скорее, «х..янгелом»), факт остается фактом: наивного, неразвращенного «идиота» и истина вероятнее встретиться ныне среди «понаехавших», а не в циничной московской сфере. Всепрощающий, винящий себя во всем идеальный Обмылок, будто и Рокко, заявится причиной большенный трагедии, коей, быть может, и не случилось бы, не озарись клоака неожиданной и в сути не надобной никому вспышкой света.
Киносюжеты Мизгирева, принимаемые простаками за «чернуху», на самом деле век являли собой самого крутого замеса арена абсурда. Оттого дудки ничего изумительного в том, что у него «легко» вышел большенный трагедийный постановка, замешенный все на тех же зубодробительных абсурдизмах «реальной жизни».
ПРИГЛАШАЕМ