Чтобы продемонстрировать это, Буше и Алексис Лафлер попросили 44 франкоговорящих студента университета прочитать серию лексем на экране. Лексема — это такое слово, которое встречается в словаре. Во время задания участники носили наушники, которые излучали «белый шум», чтобы замаскировать их собственные голоса и устранить слуховую обратную связь. Испытуемые были подвергнуты четырем экспериментальным условиям: повторение в голове, повторение беззвучно, двигая губами, повторение вслух, глядя на экран, и, наконец, повторение вслух, обращаясь к кому-то.
После задания на отвлечение их попросили идентифицировать лексемы, которые они вспомнили, сказав их, из списка, включающего лексемы, не использованные в тесте.Результаты показывают явную разницу, когда упражнение выполнялось вслух в присутствии кого-то еще, хотя участники абсолютно ничего не слышали. Повторение мыслей без жестов было наименее эффективным способом вспомнить информацию. «Простой факт артикуляции без звука создает сенсомоторную связь, которая увеличивает нашу способность запоминать, но если это связано с функциональностью речи, мы запоминаем даже больше», — сказал Баучер.
Предыдущие исследования, проведенные в Лаборатории фонетических наук профессора Баучера, показали, что когда мы произносим звук, мы создаем сенсорный и моторный ориентир в нашем мозгу, двигая ртом и чувствуя вибрацию голосовых связок. «Производство одного или нескольких сенсорных аспектов позволяет более эффективно вспомнить вербальный элемент. Но дополнительный эффект разговора с кем-то показывает, что в дополнение к сенсомоторным аспектам, связанным с вербальным выражением, мозг обращается к мультисенсорной информации, связанной с эпизод общения ", — пояснил Баучер. «В результате информация лучше сохраняется в памяти».Пробуждение воспоминаний о сенсорных эпизодах — это отчасти феномен, о котором упоминал французский писатель Марсель Пруст, когда говорил о «мадленах своего детства». Текстура и аромат этих маленьких пирожных разожгли в нем эмоциональную связь, которая напомнила ему о его матери.
Но что мы храним в памяти? Как работает эпизодическая и мультисенсорная память? Эти вопросы лежат в основе работы профессора Буше.
Бросая вызов формальным подходам в лингвистике, особенно анализу разговорной речи посредством письма, он в течение нескольких лет пытался навести мосты между своей дисциплиной и нейробиологией.Лафлер, бывший студент, который сейчас является докторантом нейропсихологии, и Баучер провели еще один эксперимент. «На этот раз мы использовали последовательности слогов, которые не образуют лексемы во французском языке, то есть не слова», — сказал профессор. Как и ожидали исследователи, их данные не показали разницы между различными экспериментальными условиями. Субъекты не лучше запоминали последовательности «не-слов» — произносили ли они их вслух, молча или разговаривая с кем-то.
По словам профессора, тот факт, что информация не может быть привита к вербальным элементам в памяти и включает сенсорную референцию, объясняет отсутствие эффектов между условиями производства. «Результаты нашего исследования подтверждают важность моторных сенсорных ощущений в сохранении памяти и помогают лучше определить сенсорные эпизоды, связанные с вербальным выражением», — заключил Баучер.